0

1. Японские цапли на фоне заката

Posted by Андрей Лопухин on 25.12.2013 in В порядке вещей |

…По дороге, на углу меж Кирова и Мира, Блантер заглянул в стекляшку, что напротив кинотеатра «Юность», и взял ещё четыре бутылочки пивца, — одинокая петарда водяры в качестве магарыча смотрелась бы слишком уж не по-южному строго, и даже расчётливо, если знать, что Блантер не затратил на неё ни копейки, а прихватил (как это водится у «ритуальных» музыкантов) на одной из недавних свадеб.

Валетов метался по комнате и грыз ногти.

— Да брось ты, в самом деле, не суетись, всё образуется! — унимал его Блантер, раскупоривая бутылки.

Но Валетов не унимался:

— Нет, нет, ничего уже не образуется, я знаю…

— Ладно, хватит стонать. Давай садись, выпьем.

— Я только пиво…

— А водку что, не будешь?

— Сейчас не хочу.

— Зато хоть про нашу славную группу успел тиснуть статейку, и то хорошо.

— А-а, ерунда, — Валетов махнул рукой и лениво приложился к бокалу с пивом.   — Не скажи, — Блантер покачал головой и, сделав несколько упоительных глотков, закурил беломорину. — Эта рекламка нам не повредит. Зря ты ввязался в эти мафиозные дела, писал бы о культурке, не знал бы забот.

Намедни Валетов с треском был изгнан из редакции ездокской газеты «Ленинским курсом», что усугублялось недавним уходом жены, — ему бы, Валетову, радоваться, что его самого не выперли ещё из этой кооперативной квартиры, — благо, она была записана на его имя.

После всего этого он решил начать новую жизнь: занял две тысячи, нанял шабашников и те заделали ему художественную роспись потолка и стен — разноцветные орнаменты и узоры, а одну из стен, ничем доселе не примечательную, преобразила удивительная фреска — две японские цапли в тростниковом озерце на фоне полудиска заходящего солнца. Все дивились на эту красоту, — вот тебе и шабашники!..

Однако с новой жизнью у Валетова не получалось — он во всём разочаровался и всё чаще начинал подумывать об уходе, об ускользании в мир иных мер и весов… Друзья пытались отвадить его от эдаких — бесперспективных — идей, чем-нибудь увлечь… Но — бесполезно. А тут ещё это изгнание из газеты…

Вышли на балкон. Деревья под ними распустили новые листочки. Каштаны форсили беленькими свечками. Над городом вздымались клубы пыльно-парильного воздуха — Ездок облапила весна.

Над ухом беспечного Блантера, почти сливаясь с грохотом пролетающих внизу грузовиков, змеино прошипел потусторонний голос Валетова:

— Знаешь, иногда поманит туда, вниз, так поманит, так…

Блантер опешил:

— Ты что, совсем рехнулся?! Брось эти дурацкие мысли! Тебе надо развеяться, отдохнуть, отвлечься!..

На что Валетов с печальной усмешкой ответил:

— Всё-то Вы знаете, профессор…

— Нет, это надо кончать! — Блантер решительно выпрямился и махнул рукой. — Давай собирайся! Пока не стемнело, пойдём прогульнёмся, проведаем Алика с Вовиком…

Валетов смиренно переоделся в цивильное, и они пошли.

Братья Алик и Вовик играли у Блантера в группе, а жили на Коммунистической, что на другом конце Ездока, — братья вряд ли нуждались в проведывании, Блантер же упомянул их только для того, чтобы бесцельная, в общем-то, прогулка обрела некую осмысленность.

Только вышли, он тут же взялся отвращать Валетова от его упаднических идей:

— Это всё весна. Авитаминоз. Интоксикация. Да будь у меня такая квартира!.. Да ещё и с цаплями японскими… да на фоне восхода…

— Заката.

— Что?

— На фоне, говорю, заката.

— Ну ладно, ладно. Тебе надо заняться делом. Устраивайся к нам на завод. Вступишь в профсоюз, займёшься художественной самодеятельностью, найдём тебе бабу, в соку, за интеллектуальный уровень, правда, не ручаюсь, а за всё остальное поручусь обеими руками.

Возле «Юности», прямо посреди тротуара — фонарный столб: странно им заинтересовавшись, Валетов остановился и, не глядя на Блантера, возопил:

— Одни его обходят слева, а другие справа — почему? Ведь разницы как будто нет? И обходящие, решают ли они вообще хоть что-нибудь? Закономерность случая просчитана судьбой…

— Что-что? — Блантер пожимал плечами, разводил руками и говорил глазами «О».

— Всё решено, профессор, прежде нас.

— Ну и ладно.

Пошли дальше. У автостанции чернявый юнец попытался продать Валетову пакетик анаши, тот, возгоревшись очами, полез было за деньгами, но на ту беду Блантер близёхонько бдил, и операция провалилась.

— Что, лисицу сыр пленил?

— Пленил.

— Терпение, мой друг, только терпение, и ваша щетина превратится в золото…   — В золото?

— Тебе, мой друг, надобно обновить кровь, — Блантер кивнул на пыльно-жёлтое здание ЦРБ, уныло возвышающееся за автостанцией. — Аки феникс, ты должен возродиться из пепла. А для этого полезно было бы нагрянуть в пункт переливания крови, сдать застарелую кровь государству. Можно сходить в баню. Влюбиться наконец. Но с этим труднее…

— С чем «с этим»?

— С влюблением. Хотя… Тут у нас недавно одна прослушивалась…

— Кто?

— Фатима. Осетинка. Голосок ничего, но нам такой не нужен.

— Не нужен?

— Хотя… Я же не знаю где она живёт, поэтому Фатима отпадает.

— Отпадает?

— Как яйца от продналога.

— Как что?

— А на Коммунистической, между прочим, живёт одна Анджела…

— Которая?

— Армяночка. Широкая душа.

— Широкая?

— Прямо безразмерная.

— Вот-вот.

— Чего ты ухмыляешься? Хорошая девка…

— Я что, я ничего…

— То-то же.

Шли по загогулине центральной ездокской улочки — Кирова. Поравнялись с библиотекой имени А.С.Пушкина.

Вздыхая, Валетов сказал:

— Жалко мне вас, бедолаг…

— Кого это «нас»?

— Людей. С этими вашими привязанностями, привычками, страхами…

— Какими страхами?

— Ну, например, страхом смерти.

— Ах, смерти… По этому поводу…

Но Блантер не успел сказать, что он думает «по этому поводу», ибо навстречу дефилировал ведущий мастер цеха по изготовлению ритуальных (гранитных) памятников Серёга Пушкин, в джинсовом костюмчике, да ещё в обнимку с тягучей девушкою в белом (последняя не была известна ни Блантеру, ни Валетову).

— Ба! Кого я вижу! — Блантер обнимается с Серёгой, девушка на время отступила… Валетов обнимается с Серёгой…

— Вот, знакомьтесь, моя Аннушка, невеста. Только что из Куйбышева прилетемши.

— То-то, я смотрю, впервые вижу! — Блантер ручку даме жмёт. — Очень приятно, Блантер-с.

Валетов вынужденно повторяет ритуал и отступает.

А Серёга снова привлекает к себе свою заторможенную, будто пьяноватую даже, Аннушку и сообщает:

— А мы только что от Пещерова!

(Пещеров — это лохмато-хрипловатый тип, что тоже играл у Блантера в группе, а дома, по ночам, записывал на маг собственноручные авангардно-шумовые сочинения.)

— Ну и как?

— Слушали его новую симфонию, Аннушке очень понравилось…

В подтверждение этого Аннушка, не отрывая от пушкинского плеча главы в ореоле встопорщенных выжженных перекисью волос, вытянула плотоядно багровые губки:

— У-у-у-у-у!

Блантер с Пушкиным понимающе рассмеялись. Валетов же безучастно стоял за блантеровским плечом и нарушал тем самым благолепие ситуации.

— Ну мы пошли. — Блантер потащил Валетова за руку. — Нам тут ещё к Алику с Вовиком надо зайти… Чао!

— Салют!

А когда отошли подальше, Блантер начал выговаривать Валетову:

— Ну что ты, в самом деле, совсем ушёл в себя! Перед людьми неудобно. Как улитка, честное слово…   —

— Я?

— Ну не я же! Ты посмотри вокруг! Всё цветёт, распускается! Женщины оголяются! Весна! Дыши, радуйся!

Валетов что-то пробурчал. Пошли дальше. У центрального — имени Кирова — кинотеатра выпили газировки из автомата.

А на углу Кирова и Пушкина Блантер взял Валетова за плечо и сказал, что, мол, чуть не забыл, обещал сёдня зайти к Подъехалову, сыграть с ним партеечку в нарды, да и предстоящий розыгрыш спортлото не мешало бы с ним обсудить, а потом добавил:

— Что ты как неживой! Прогуляйся! Встряхнись! — Начинало темнеть. В недалёком конце Пушкина у летнего кинотеатра шумно толпился народ. — А то сходи в летний! Щас сеанс начинается…

— Схожу-схожу…

И Блантер исчез. Валетов потоптался немного на месте, потом направился к летнему кинотеатру (хозяйки близлежащих побеленных домиков запирали синие ставни окон; из-за высоченного забора летнего кинотеатра уже вырывались утробные звуки начавшегося фильма), обогнул его и — теперь широко и уверенно — зашагал вниз, через парк, к Тереку.

Гулял по прохладному берегу. Слушал бурные воды.

19.05.1992

Метки: ,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Докажите, что вы живой человек! *

Copyright © 2013-2018 hypertext All rights reserved.
This site is using the Multi Child-Theme, v2.2, on top of
the Parent-Theme Desk Mess Mirrored, v2.5, from BuyNowShop.com

snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflake snowflakeWordpress snowstorm powered by nksnow